Публикация

8 сентября математик из Нью-Йоркского университета Тристан Бакмастер опубликовал заявление в социальных сетях. Он рассказал, что вместе с соавторами загрузил черновик всего проекта в OpenAI Codex. Узнав, что другая команда занимается тем же исследованием, он спросил: ваш модельный алгоритм видел эти диалоги? Ответ OpenAI был двусмысленным — они признали, что «маловероятно», но «нельзя исключать», что данные из приватных разговоров без идентификаторов помогали улучшать модель. Перевод на человеческий: возможно, мы посмотрели ваши данные, но не подтверждаем. И даже если посмотрели, вы не сможете это доказать. Это вызвало бурю в технологическом сообществе. На X и Hacker News обсуждали не столько математическое доказательство, сколько более болезненный вопрос: кому принадлежат данные, которые вы вводите в AI-чат, когда ставки слишком высоки? Сообщество сразу же предложило свои варианты сделки. VVV 9 сентября вырос более чем на 40% за день, цена поднялась с 18 до рекордных 27 долларов, капитализация превысила 1,2 миллиарда долларов, суточный объем торгов составил 245 миллионов долларов. ZEC одновременно преодолел отметку в 1200 долларов, достигнув максимума за девять лет. NEAR вырос на 14% за день. TAO после интеграции с Robinhood Chain подскочил на 12,3% до 265 долларов. Сегмент приватного AI внезапно разгорелся из-за скандала. Но шум — это одно. VVV, NEAR, TAO — у всех трёх совершенно разная базовая логика. Сравнивая их в одном контексте, вы понимаете, на что именно делаете ставку. VVV: превращение приватности в бизнес Venice AI создан Эриком Вурхизом, основателем ShapeShift. Логика продукта проста: AI-чат, но ваши подсказки не сохраняются на сервере. Приватность делится на четыре уровня — анонимный режим, нулевая сохранность, аппаратная изоляция TEE, сквозное шифрование. Чем дальше, тем выше уровень приватности. Но настоящая сила этого бизнеса не в технологиях, а в доходах. Данные Banyan показывают: годовой доход Venice вырос с 14 миллионов долларов в январе 2026 до более 100 миллионов в августе. Рост в 7 раз. Как работает токен? За каждые 100 долларов покупки API 5 долларов идут на выкуп и сжигание VVV. 8 сентября была проведена крупнейшая сжигание в истории — на 391 тысячу долларов. Общее сожжённое количество уже составляет 41,84% от общего предложения. Сторона предложения тоже ужесточается. С 1 сентября годовой выпуск снизился с 3 миллионов до 2,5 миллионов токенов, а с 1 октября планируется снизить до 2 миллионов. Есть ещё источник спроса — DIEM. Вы блокируете заложенные VVV и чеканите DIEM, каждый DIEM даёт вам 1 доллар API-лимита в день. Для разработчиков это не токен управления, а актив, который постоянно генерирует лимиты использования. 14 сентября целевой объём DIEM увеличен с 38 тысяч до 40 тысяч — команда показывает, что число пользователей растёт. Логика VVV проста: больше пользователей Venice → доход растёт → больше выкупа и сжигания → предложение уменьшается. Больше пользователей нуждаются в лимитах → блокируют VVV → обращение ещё сильнее сужается. Двойной драйв: есть продукт, есть доход, есть дефляция. NEAR: не продаёт лопаты, продаёт воду и электричество Путь NEAR полностью отличается от VVV. 10 сентября Venice и NEAR Protocol начали стратегическую интеграцию. Пользователи отправляют запросы через интерфейс Venice, а приватные вычисления обеспечивает NEAR AI. Ядро NEAR AI — TEE, доверенная среда исполнения. Проще говоря, модель работает в аппаратно изолированном запечатанном контейнере, даже оператор машины не видит, что там вычисляется. Пользователь может проверить аппаратное доказательство, чтобы убедиться, что запрос действительно попал в этот контейнер. Ещё важнее, что в августе NEAR передал права верификации Intel Trust Authority — доверительная цепочка изменилась с «платформа сама говорит, что всё в порядке» на «производитель чипов подтверждает, что всё в порядке». 30 июля запущена оплата через стейкинг: вы конвертируете доходы от стейкинга NEAR в лимиты вычислений. Лимиты зависят от объёма стейка, цены токена и доходности. Вы сохраняете право собственности на базовый токен и можете в любой момент вывести стейк. Для вас NEAR превращается из «стейкинг с процентами» в «стейкинг за вычислительную мощность AI». По платежам NEAR Intents во втором квартале сгенерировали около 9,32 миллиона долларов комиссий, из которых протокол оставил около 1,5 миллиона, использованных для выкупа NEAR. Что делает NEAR? Он не создаёт потребительские продукты напрямую, а строит инфраструктуру, необходимую Venice и другим. Вам не нужно знать, кто такой NEAR, достаточно знать, что ваши приватные вычисления проходят в безопасной среде. Как вам не нужно знать, с какой электростанции приходит электричество. TAO: «NASDAQ» для AI-поставок Логика Bittensor самая абстрактная, но и самая фундаментальная. Он разбивает разные AI-задачи на отдельные подсети. Майнеры предоставляют вычисления, хранение, прогнозы, валидаторы оценивают, сеть распределяет вознаграждения по правилам. TAO — базовый актив всей сети — вы ставите TAO в подсеть, фактически обменивая на альфа-токен этой подсети. TAO — базовый актив для распределения капитала между подсетями. Некоторые подсети уже начали зарабатывать. Например, Chutes, предоставляющая вычисления моделей, во втором квартале получила около 1,37 миллиона долларов дохода. Сторона предложения: общий объём TAO — 21 миллион токенов, первое халвинг завершится в декабре 2025, сейчас эмиссия 0,5 токена за блок, около 3600 в день [данные]. 6 сентября через Chainlink CCIP интегрирован в Robinhood Chain, объём торгов достиг 175-200 миллионов долларов. Предложение Runtime 454 меняет механизм эмиссии — вознаграждения будут распределяться не по активности, а по цене токенов подсети. Подсети с плохой производительностью будут ограничены в эмиссии. Перевод: настоящие AI-сервисы с реальным спросом получат больше токенов, а не куча мёртвых подсетей с накрученными объёмами. TAO ставит на то, что спрос на AI-вычисления будет расти, а открытый, конкурентный рынок с токенами для стимулов будет эффективнее централизованных облачных провайдеров. $VVV $TAO $NEAR